1  СТО ЧАСОВ НА ПЛАНЕТЕ ГОНДОР  Автор:  ЕВГЕНИЙ ГИЛЬБО
	Евгений ГИЛЬБО СТО ЧАСОВ НА ПЛАНЕТЕ ГОНДОР (ПРИКЛЮЧЕНИЯ КОСМИЧЕСКОГО РЕЙНДЖЕРА – 1) ГЛАВА ПЕРВАЯ Если сюда послали именно нас, значит дела здесь обстоят паршиво. Наш крейсер – самая крутая посудина космофлота Империи, а в прошлом году нас передали в распоряжение Корпуса Безопасности. Головидение давно что-то попискивало по поводу мощных неприятностей в секторе ТТ-3-1, но настоящая суета началась только в этом месяце. Пропала связь с планетой Гондор. То есть планета вообще пропала во всех диапазонах волн – видимом, радио, и даже не поймана рентгеновским зондированием. А поскольку стибрить целую планету никто не мог, значит, какая-то новая система помех или свертка пространства. Но кому это все могло понадобиться? Ладно, пора топать. Приказ был Тони Ястребу прибыть к Командору в 13.15, а сейчас 13.10. Рейнджер не опаздывает, тем более рейнджер первого класса, как Тони. Я выскакиваю из кубрика, впрыгиваю в гравилифт и потом мчусь по коридорам второй палубы до командорской рубки. – Ястреб прибыл, Командор! – Заходи, Ястреб. Затекли крылышки без работы? – это он всегда так начинает разговор, когда предстоит паршивое задание и ему охота сделать вид, что посылает, только потому что сам рвусь. Но вообще, я и сам не прочь. Полгода без приключений для рейнджера – радости мало. В общем, я ухмыляюсь в ответ и принимаю стойку «вольно». В рубке компания для таких случаев обычная – Эдди Гриф, мой командир, и лейтенант рейнджер-скаутов, Тим Тауэр – шеф штабных, астрогатор Том Эстелла, два эксперта с базы и Ким Пантера – адъютант Командора. Сейчас Тауэр будет вводить в суть дела, а эксперты ему мешать – это всегда так, какие бы ни были эксперты. – В курсе обстановки, Ястреб? – Да, сэр, в размере отведенной для экипажа порции. – Так вот, по последним замерам планета Гондор исчезла не

	2  ДЕСЯТАЯ ЖЕРТВА  Автор:  РОБЕРТ ШЕКЛИ
	РОБЕРТ ШЕКЛИ ДЕСЯТАЯ ЖЕРТВА Р.Шекли. Обмен разумов. М., ЭКСМО-Пресс, 1999, сс.165-300 ГЛАВА 1 Она могла бы погубить любого мужчину. Кэролайн Мередит, тонкая, гибкая молодая женщина, задумчиво сидела за высокой стойкой бара из красного дерева, изящно переплетя стройные ноги и склонив узкое, словно выточенное из слоновой кости лицо к загадочным глубинам мартини. Похожая на статуэтку, но волнующе живая, одетая в прекрасные шелка и с пелериной из черного как смоль соболя, небрежно наброшенной на роскошные плечи, она олицетворяла все то, что манило и влекло в этом непостижимом городе Нью-Йорке. По крайней мере так думал приезжий. Он стоял на улице в десяти футах от огромного окна бара, за стойкой которого прекрасная Кэролайн изучала глубины своего бокала. Это был китаец – продавец ласточкиных гнезд (1) из Квейпина. Он был одет в белый костюм из плотной ткани, чесучовый галстук и парчовые туфли. На шее висел большой фотоаппарат «Броника». Азиат с подчеркнутой небрежностью поднял камеру и сфотографировал сточную канаву слева –(1) Китайское национальное блюдо. и какой-то котлован справа. Затем направил объектив на Кэролайн. Потом он проделал с камерой какие-то манипуляции, внутри нее что-то зажужжало, загудело, и сбоку открылась створка. Загадочный житель Небесной империи с ловкостью фокусника вставил в отверстие пять патронов с разрывными пулями и закрыл его. Теперь камера перестала быть только фотоаппаратом; она превратилась не то в стреляющую камеру, не то в фотографирующее оружие и могла выполнять две не связанные друг с другом функции. Вооружившись таким образом, желтый охотник быстрыми, легкими шагами направился к цели. Он казался совершенно спокойным, только слегка затрудненное дыхание могло выдать его волнение. Прелестная Кэролайн продолжала сидеть в той же позе. Она крутила в руках бокал; внутри него не было прорицательницы, способной предсказать ей будущее, – на дне

	3  ТРИНАДЦАТЬ УКОЛОВ  Автор:  АЛЕКСАНДР ТЮРИН
	Александр ТЮРИН ТРИНАДЦАТЬ УКОЛОВ (психоделический детектив) 1 Стояла ледяная осень 19.. года, года интересного тем, что никто не знал, чем он кончится. И кончится ли вообще. Как обычно толпа вдыхала, раздувая ноздри, запах жестокости. Как обычно худосочная интеллигенция маялась от своего невежества. Некоторые граждане, которые соскучились по мужской ласке вождей, скапливались на главной площади города и, широко разинув рот, требовали их воскрешения. Но литератор Боря Лямин рот раскрывал только, чтобы влить в себя популярную жидкость, ублаготворяющую сознание. Веяние времени заключалось в том, что он нередко пытался проехаться за счет собутыльников. Те в долгу не оставались. Поскольку такие дела не клеились, друзья вели себя злобно. И как-то раз, когда наступил черед всяких подначек, один вредный собутыльник подпустил Боре: – Мы все устали от твоей талантливой прозы. Нас всех от нее тошнит, поэтому больше не жди похвал. Заставьте меня пялиться на «Мону Лизу» сорок восемь часов в сутки и кончится это тем, что я разорву шедевр и использую его не по прямому назначению. Хватит тебе, Борис, быть глистом, пора на простор. Ты понимаешь, о чем я лопочу? – Понимаю. О чем? – послушно отозвался Боря. – Издай ты книжку, лопух. Связи, блат, блют, партийность, народность – ничего этого на нынешний день не требуется. Завтра все может изменится, а сегодня – деньги на бочку и вперед. – Издать? Это как? – Лямин чувствовал, что у него не дрогнула ни одна извилина в мозгу. – Сядь да покак, Борис. Едва четыре тысячи баксов облагородят твой пыльный карман, сможешь ты стать солнцем русской литературы, могучей кучкой. Если, конечно, тебя удовлетворит умеренный тираж и ты не собираешься как лампочка Ильича проникать в каждую избу. Совет я тебе дал бесплатно, пользуйся. Постарайся вытянуть из колоды трех-четырех «тузов» – я про

	4  ТРИНАДЦАТЫЙ ГОРОД  Автор:  СЕРГЕЙ ЛУКЬЯНЕНКО
	Сергей ЛУКЬЯНЕНКО ТРИНАДЦАТЫЙ ГОРОД ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ВНУТРИ И СНАРУЖИ 1. ЧАС БЛАГОДАРЕНИЯ Это было обычное утро второго города. Тири проснулся рано: стены и потолок спальни лишь начинали светиться. Он полежал немного, глядя на предметы, все сильней и сильней проступающие из темноты. Потом повернулся к соседней кровати и толкнул Гэла: – Вставай, засоня! Скоро подъем! Гэл потянулся, зевнул и сел на кровати. Стены светились уже совсем ярко. В дальнем углу проснулся еще кто-то: звонко шлепнули о пол босые ноги. Близился час Благодарения. В длинной умывальной комнате, обшитой розовым пластиком, тоже включился свет. Ребята встали рядом у умывального желоба. Дозатор щелкнул и выдавил им на ладонь немного мыльной пасты. – Сегодня зеленая, – сказал Тири. Гэл ничего ему не ответил. И так ясно, что зеленая, сегодня же не праздник, чтобы выдали синюю. И не медицинский день, чтобы умываться пришлось противной, какой-то колючей, белой дезинфект-пастой. Умывшись, они постояли немного под струями теплого воздуха, льющимися с потолка. Потом вернулись в спальню – до прихода Дежурного надо было заправить кровати и подогнать выданную на эту пятидневку одежду. – Бегом! – крикнул Форк. Гарт и Арчи вскочили с горячего песка и бросились вперед. Арчи почти сразу отстал – бегал он плохо. За это его и не хотели брать в группу… Арчи стиснул зубы и напряг все силы, глядя на широкую спину проводника. – Стойте! – Форк, бежавший впереди, замер. Они тоже остановились, смотрели, как проводник озирается по сторонам, настороженно вслушивается, нюхает воздух. Форк вдруг лег и быстро-быстро пополз вверх по горному склону. Мелкие камни скатывались вниз. – За мной! Арчи полз вслед за Форком, чуть ли не утыкаясь лицом в стертые подошвы его ботинок. Ползти было неудобно, приклад автомата все в

	5  ТЫСЯЧА ДЕВЯТЬСОТ ВОСЕМЬДЕСЯТ ПЯТЫЙ  Автор:  ЕВГЕНИЙ БЕНИЛОВ
	Евгений Бенилов. Тысяча девятьсот восемьдесят пятый" 27 декабря Он появлялся всегда в одном и том же обличье: учтивый человек средних лет в сером костюме и белой рубашке с галстуком. Дверь, через которую он входил, непременно открывалась внутрь. Он всегда начинал беседу пожеланием доброго утра -- даже если была полночь. Затем делал паузу для ответного пожелания и вдруг, указав на книгу в руках Эрика, произносил: "Что это у вас такое?" И Эрик замечал, что на обложке книги стоит дата 1971! Или, может, 1953! А Человек В Сером Костюме доставал из серого кармана серую рацию и шептал в нее серые невыразимые слова, делавшие возможным (и даже вероятным), что через несколько минут придут сотрудники Комитета Политической Гигиены. Придут и скажут Эрику: "Вы арестованы." Скажут без выражения, не вкладывая в свои слова эмоций. Или наоборот -- трясясь от ненависти к стоявшему перед ними врагу людей. А может -- с чувстом удовлетворения от хорошо вы

	6  ТРЕТИЙ ДУБЛЬ  Автор:  ЕВГЕНИЙ ГУЛЯКОВСКИЙ
	Евгений Гуляковский Третий дубль Глава I Когда первые корабли землян робко вышли в космос и стали исследовать ближайшие планеты, никто точно не знал, что за этим последует. Но века сменяли друг друга, люди все дальше уходили в глубь космоса от своих первых поселений. Наконец настали времена, когда корабли землян научились легко преодолевать бездны пространства, отделявшие звезды друг от друга. Человеческие поселения рассеялись по всей галактике, а для того чтобы из конца в конец пролететь территорию, занятую Федерацией Свободных Планет, лучу света требовалось уже больше сорока лет. Пространство и время постепенно теряли свою беспредельную власть над человечеством. Каждый мог выбрать себе из бесчисленного разнообразия миров дом по собственному усмотрению. Упростились потребности и вкусы. Производство материальных благ перестало довлеть над людьми, и вслед за этим началось медленное отмирание огромных индустриальных планет, напичканных автоматикой и гигантскими кибернетическими комплексами. Какое-то время они еще держались, благодаря расширенному производству межзвездных кораблей, но вскоре их выпуск замедлился сам собой. У человечества не хватало людских ресурсов для освоения новых миров. Естественно и незаметно произошло то, чего так опасались лет двести назад, когда был изобретен сверхсветовой двигатель для звездолетов. Раздробленная, разбитая на мелкие поселения Федерация перестала представлять собой единое целое. Каждая новая колония, едва обосновавшись, стремилась прежде всего обзавестись собственной администрацией и сводом собственных правил. Древняя столица Федерации, планета, бывшая некогда колыбелью человечества, медленно, но неумолимо отходила на второй план. Надобность в едином планировании и координации взаимных поставок исчезла – каждое поселение производило для себя все, что считало необходимым, и вело собственную независимую торговлю с соседними колониями. Правительство Федерации держалось

	7  СКАЗКА О ТРОЙКЕ  Автор:  АРКАДИЙ И БОРИС СТРУГАЦКИЕ
	Аркадий СТРУГАЦКИЙ Борис СТРУГАЦКИЙ СКАЗКА О ТРОЙКЕ ИСТОРИЯ НЕПРИМИРИМОЙ БОРЬБЫ ЗА ПОВЫШЕНИЕ ТРУДОВОЙ ДИСЦИПЛИНЫ, ПРОТИВ БЮРОКРАТИЗМА, ЗА ВЫСОКИЙ МОРАЛЬНЫЙ УРОВЕНЬ, ПРОТИВ ОБЕЗЛИЧКИ, ЗА ЗДОРОВУЮ КРИТИКУ И ЗДОРОВУЮ САМОКРИТИКУ, ЗА ЛИЧНУЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ КАЖДОГО, ЗА ОБРАЗЦОВОЕ СОДЕРЖАНИЕ ОТЧЕТНОСТИ И ПРОТИВ НЕДООЦЕНКИ СОБСТВЕННЫХ СИЛ 1 Мы сидели на травке в пыльном скверике под окнами заводского управления и переваривали обед – каждый по-своему. Федя читал «Китежградские новости», медленно ведя по строчкам черным неразгибающимся пальцем; мрачный Витька Корнеев лелеял обуревавшие его черные замыслы; Эдик Амперян спрашивал, Роман Ойра-Ойра отвечал, а я, не теряя драгоценного времени, загорал себе подмышки. Комаров и слепней поблизости не было, они тоже, вероятно, переваривали обед. Внизу под обрывом величественно несла в своих хрустальных струях ядовито-оранжевые сточные воды прохладная Китежа. На другом берегу сладко томились под солнцем заливные луга. По ровной желтой насыпи, выбрасывая белые дымки, полз игрушечный поезд. На горизонте в парном мареве синела зубчатая кромка далекого леса. Над серыми башнями Старой крепости, сверкая солнечными зайчиками, совершало эволюции небольшое летающее блюдце. Окна заводского управления были раскрыты, и слышно было, как пишущие машинки вяло и неубедительно отвечают на энергичные напористые очереди бухгалтерских «рейнметаллов». Зажмурившись, можно было легко представить себя в районе боев местного значения. В полуподвале управления, подчиняясь сложному ритму, сдвоенно и тяжело грохали печатающие механизмы табуляторов. Пикирующими бомбардировщиками визжали и завывали на складе циркулярные пилы. По бомбардировщикам выпускали обойму за обоймой скорострельные пневматические молотки. В ремонтных мастерских, устрашающе лязгая гусеницами, разворачивались танки, а где-то в цехах дальнобойно уха

	8  ШЕСТАЯ ГЛАВА ДОН КИХОТА  Автор:  БОРИС ШТЕРН
	Борис Штерн Шестая глава "Дон Кихота" Первая часть «Бойся длинных описа– И не лезь героям в ду-, Ибо там всегда потем-, А в потемках ногу сло-. Избегай играть слова-: Острякам дают по шап-, Но, усилий не жале-, Добивайся доброй сла-, Ибо сочинитель глу– Есть предмет насмешек веч-« Мигель де Сервантес Сааведра.Пролог к «Дон Кихоту». История повторяется: в некоем отдаленном райцентре Одесской области (бывшей Мамонтовке) жил да был один из тех отставных майоров, которым после двадцатипятилетней безупречной службы в тайге или на Крайнем Севере разрешено прописываться везде, где душа пожелает (кроме, разумеется, столиц и курортов – те для генералов), и чье имущество, образно говоря, состоит из облезлого чемодана, испорченного черно-белого телевизора «Рекорд», двубортного костюма и «Командирских» часов с фосфоресцирующим циферблатом. Фамилия этого отставного майора неизвестно почему складывалась из двух очень простых русских фамилий – то ли Прохоров-Лукин, то ли Титов-Афанасьев. Из-за этой-то простоты ее трудно было запомнить. – Как его?.. Ну, этот, чокнутый… Ну… Петров-Водкин, что-ли? – вспоминали в райвоенкомате перед государственными праздниками. Зато имя-отчество помнили и печатали на поздравительной открытке: «Уважаемый Федор Федорович! Разрешите от имени и по поручению… поздравить Вас с Днем Конституции.» Или что-нибудь в этом роде. Федор Федорович был человеком относительно не бедным, но всю свою не хилую военную пенсию и трудовые сбережения тратил на покупку так называемой научно-фантастической литературы… Сколько у него было книг?.. Грузовик с прицепом. Жил он в бело-кафельной хрущевской пятиэтажке, заселенной районным начальством,– потому, наверно, и называли этот дом «Домом на набережной». Его однокомнатная квартира на пятом этаже под крышей, где до Федора Федоровича обитал верующий худо

	9  СЕДЬМАЯ ЧАСТЬ ТЬМЫ  Автор:  ВАСИЛИЙ ЩЕПЕТНЁВ
	Василий Щепетнёв Седьмая часть тьмы 1911 г. – Сидит, будто специально на тебя шит, – Николя обошел его со всех сторон. – Ни складки, не морщинки, блеск! Ладонью Николя огладил ему спину, видно, морщинки все-таки были. – Ты, Митенька, прямо жених. Ладно, ладно, не сердись, – Николя нервничал и потому был особенно развязен, болтлив и позволял себе пошлости, немыслимые в иное время. Дмитрий не ответил. Сегодня собственная внешность интересовала его менее всего. Через силу он рассматривал отражение, лицо казалось длинным и унылым, но бледности не было, или она не бросалась в глаза, а это главное. – Совершенно, совершенно незаметно, – Николя просунул руку под фрак и на мгновение задержал ее: – Стучит сердечко как часы! Ты мое проверь, кажется, выскочит и побежит по Крещатику! Дмитрий дернулся: – Потом, Николя, не время. – Да это я так, просто, – Николя извлек браунинг из кармана фрака, нарочно для этого пришитого со внутренней стороны – Никто и не догадается. Игрушка, а не пистолет. Ты сам попробуй, вдруг цепляет. Дмитрий взял протянутый пистолет, вернул в карман фрака, потом быстро выхватил. – Все в порядке. – Ты пробуй, пробуй. Дмитрий, криво улыбаясь, повторил процедуру несколько раз. Нигде не цепляло, портной свое дело знал. – Теперь прицелься, ну, вот хотя бы в меня – Николя отошел к дальней стене комнаты. – Зачем? – Все должно быть натурально, за нами… за тобой будут следить, понимаешь? – Николя встал в позу, скрестил на груди руки: – Целься! Дмитрий поднял пистолет. Браунинг он увидел только сегодня, но до этого две недели посещал тир Рахманова, стрелял из «Монтекристо», и под конец получалось совсем недурственно, тому свидетельство безделушки на этажерке, призы. Хозяин тира даже ув

	10  БЕЗДНА  Автор:  РОБЕРТ ХАЙНЛАЙН
	Роберт Хайнлайн. Бездна пер. Г. Усовой Посвящается Спрэгу и Кэтрин Ракета, стартовавшая с базы первой лунной четверти, доставила его на станцию Пьед-а-Терра. Фамилия, под которой он путешествовал, благодаря его предусмотрительности начиналась на букву «А», так что он прошел портовую инспекцию и попал в снующий по туннелю к городу челночок до основной оравы пассажиров. Оказавшись в машине, он сразу пошел в мужской туалет, заперся там. Живо застегнул пряжки страховочного ремня, сунул его крюки в держатели на стене и неуклюже наклонился, чтобы достать из чемодана бритву. Тут его качнуло и, несмотря на ремень, он ударился головой – и выругался. Выпрямился и пустил в ход бритву. Усы исчезли; он подкоротил баки, прошелся по краям бровей; полотенцем стер масло, заставлявшее волосы лежать гладко и, расчесанные, они превратились в волнистую гриву. Машина теперь шла ровно, достигнув трехсот миль в час; он выбрался из страховочного ремня, не вынимая крюков из держателей, молниеносно стащил с себя лунный скафандр, достал из чемодана и надел повседневный костюм из твида, пригодный для прогулок по Земле и абсолютно неприемлемый для снабженных воздушными кондиционерами коридоров Лунной Колонии. Туфли он сменил на прогулочные башмаки, которые достал из чемодана. Джоэл Абнер, коммивояжер, исчез; вместо него появился Джозеф Гилеад, исследователь, лектор и писатель. Оба эти имени использовались по необходимости, ни одно из них не было его подлинным. Лунный скафандр он изрезал на ленточки и выкинул их в унитаз, туда же швырнул идентификационную карточку «Джоэла Абнера», затем отодрал пластиковое покрытие чемодана и отправил обрывки вслед за всем остальным. Теперь чемодан стал жемчужно-зеленого цвета с грубой поверхностью, а не темно-коричневым гладким, каким был прежде. Его несколько тревожили туфли: он побаивался, как бы они не засорили канализацию. Пришлось запихну

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  >>