ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

   ЛЕГЕНДА

   Комар страшен не тем, что кусает, а тем, что поет. Поет же он, зараза, не где-нибудь, а всегда возле уха, как будто в других местах кровь невкусная.

   Олег замер, позволяя наглой твари напиться и наконец-то улететь. Тварь не принимала жертву и по-прежнему кружила где-то в районе левого виска. Олегу даже подумалось, что комар вовсе не голоден и явился с единственной целью — разбудить его. Он наугад махнул рукой и опять замер Насекомое что-то рассерженно прозудело и скрылось. Через несколько секунд оно объявилось вновь, но уже с другой стороны, вероятно, облетело голову по длинной дуге.

   Олег пробормотал пару привычных бытовых проклятий и открыл глаза. За окном неуютно устраивались серые сумерки. Начало четвертого, оценил он. Через час будет уже день, в июле это происходит мгновенно. И комары, между прочим, в июле самые лютые.

   Сон пропал. Процедив вслух еще несколько жестоких и беспомощных слов, Олег поднялся и включил свет.

   Ежась от неожиданной, совсем не летней свежести, он оглядел комнату в поисках будильника и, не найдя, вяло чертыхнулся. Вставать, не вставать? Да ведь и так уже встал.

   Он протянул руку за шортами, но вместо них на спинке стула обнаружил старые спортивные штаны и байковую рубашку.

   Совсем сбрендил. Постирал, что ли?

   Однако утренняя прохлада давала о себе знать, и теплая рубашка оказалась кстати Олег по-быстрому оделся и тут увидел на простыне комара — маленький скрюченный комочек с поникшими крылышками. Олег поднес насекомое к глазам и посмотрел сквозь него на люстру.

   — Сдох, скотина? — прошептал он. — Вот так-то. Понял?!

   Щелчком отправив мелкий труп куда-то в пространство комнаты, он толкнул дверь и тут заметил будильник. Часы почему-то стояли на телевизоре — странно, он никогда их туда не ставил, — и показывали половину десятого. Либо утра, либо вечера, хотя и то и другое было абсурдом. Рассвет еще только занимался — мутный, белесый, как огромное облако пара. Впрочем, будильник был куплен на барахолке, и Олег с первого дня ожидал от него провокаций.

   Прежде чем покинуть комнату, он еще раз посмотрел на циферблат, потом на окно и, испытав какое-то невнятное беспокойство, вышел в коридор. Свет на кухне он вчера не погасил — ну, это дело обычное… а вот льющаяся в ванной вода его озадачила. Можно ведь и соседей залить… Во сколько он спать-то лег? В двенадцать примерно. А в четыре уже вскочил. Или не в четыре, а в три…

   От этой мысли в голове сделалось совсем туманно.

   На столике в прихожей лежали наручные часы. Пора менять батарейку, отметил Олег. Повернув их под углом к лампочке, он еще успел вспомнить, что вчера оставил часы не здесь, а возле кровати… или, кажется, вообще не снимал… но, разглядев цифры, сообразил, что беспокоиться надо не об этом. Старый “Ситизен” на желтом браслете показывал то же, что и будильник в комнате, но уже с большей определенностью: “21:31”. Стало быть, девять— это не утра, а вечера. Выспался…

   “Или это сон?” — мелькнуло заманчивое, расслабляющее.

   Нет, ни хрена не сон.

   Олег опомнился, что вода все еще льется, и вошел в ванную. И увидел за полупрозрачной занавеской г