ДОНЕСЕНИЕ

Глубокоуважаемый дивизионный комиссар Линь!

Пишу, чтобы уведомить Вас о том, что случилось в прошлую субботу. Наша разведрота – прекрасно обученные бойцы, цвет нашей Второй дивизии, – проходила через город Лунмынь в сторону Западного аэродрома, где у нас были запланированы парашютные учения. Когда шли по Центральному бульвару, на углу возле Универмага №1 я приказал завканцелярией Сю Фану запевать песню – хотелось произвести впечатление на прохожих. Он приказ выполнил, и рота затянула:

До свидания, мама, до свидания, мама,
Меня военная труба в поход зовет.
Сверкают на солнце наши винтовки,
Туго набиты наши котомки –
Солдаты собрались в поход.
Украдкою по мне не плачь, мама!
По сыну не скучай, мама!
С победой ворочусь домой, мама!
Обнимемся опять с тобой, мама!

Внезапно движение отряда замедлилось, чеканный шаг сотни людей сбился с ритма. Слова и музыка, годные скорее для причитания, словно отнимали у солдат силы. Я крикнул, чтобы они прекратили это пение, уже сильно смахивающее на плач. Но шли-то по оживленной улице, мой голос терялся в грохоте несущегося транспорта, и они продолжали петь. Некоторые новички прямо-таки навзрыд плакали; и даже кое-кто из старых и опытных солдат заливался слезами. Представьте, сотня отлично обученных бойцов безо всякого стыда блеет, как стадо овец! С автоматами и базуками! Народ останавливался на тротуарах поглазеть на нас, рыдающих и завывающих. “Небось хоронят кого”, – донесся голос.

Я не осуждаю своих людей и не критикую завканцелярией Сю Фана. Они храбрые солдаты, и история нашей роты подтверждает это со всей наглядностью. Глубокоуважаемый комиссар Линь, возможно, я отчасти виновен в случившемся, так как не пресек разучивание этой песни. Ослабил бдительность в классовой борьбе. Думал, не будет ничего дурного, если они споют песню, которую каждый день транслирует Центральная радиостанция. Пожалуйста, поймите меня правильно: мы не давали приказа выучить эту зловредную песню, это их, солдат, самодеятельность. Моя ошибка состоит в том, что не вмешался вовремя.

Случай, который я описываю, доказывает, что эта песня контрреволюционная. Сейчас все солдаты моей роты стыдом мучаются, что буржуазные чувства застигли их врасплох. Пострадала наша честь, да и образу всей нашей армии нанесен урон.

Не нужно и говорить, что истинно революционная песня – это та песня, которая воодушевляет, объединяет и направляет, а не та, которая подрывает наши моральные устои и разрушает наше единство. Хорошая песня должна поднимать народный дух, с такой песней сильнее любишь друзей и яростней ненавидишь врагов. Комиссар Линь, Вы наверняка помните замечательные старые революционные боевые песни; не могу удержаться, чтобы не привести здесь одну из них в качестве примера:

Все мы меткие стрелки – как один,
Любая наша пуля сражает наповал.
Все мы ловкие бойцы – как один,
И не страшимся глубоких вод и отвесных скал.
В высоких горах – в дозоре друзья,
В густых лесах – в дозоре друзья.
Еду и одежду – добудем у врага,
Винтовки и пули – добудем у врага.
Мы родились и выросли вот здесь,
Любая пядь земли тут нам принадлежит.
И коль посмеет кто ее отнять,
Мы биться станем до победы!