ГЕНРИХ БЁЛЛЬ :: ПУТНИК, ПРИДЕШЬ КОГДА В СПА :: Электронная библиотека Грамотей
 Алфавитный указатель по фамилии автора:
А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ш   Щ   Ы   Э   Ю   Я  
 Alphabetic index:
A   B   C   D   E   F   G   H   I   J   K   L   M   N   O   P   Q   R     
Поиск
По фамилии автора
 
  По названию книги
 
      Литература      
»   Главная
»   Боевик
»   Триллер
»   Фанта-ка
»   Фэнтази
»   Военные
»   Детектив
»   Гадание
»   Детская
»   Документ
»   Драма
»   История
»   Классика
»   Медицина
»   Наука
»   Песни
»   Прик-ния
»   Псих-гия
»   Религия
»   Сказка
»   Спорт
»   Стихи
»   Учеба
»   Филос-ия
»   Эзот-ка
»   Эко-ика
»   Юмор
»   Словари
»   Лирика
»   Поэмы
»   Политика
»   Проза
»   Справ-ик
»   Разное
»   English
»  

Книги
Новости
ПУТНИК, ПРИДЕШЬ КОГДА В СПА

Автор: ГЕНРИХ БЁЛЛЬ
Раздел: Разное
Скачать книгу:    fb2.zip   
Программа для чтения книг в формате fb2  
читать ПУТНИК, ПРИДЕШЬ КОГДА В СПА



   Машина остановилась, но мотор еще несколько минут урчал; где-то распахнулись ворота. Сквозь разбитое окошечко в машину проник свет, и я увидел, что лампочка в потолке тоже разбита вдребезги; только цоколь ее торчал в патроне — несколько поблескивающих проволочек с остатками стекла. Потом мотор затих, и на улице кто-то крикнул:
   — Мертвых сюда, есть тут у вас мертвецы?
   — Ч-черт! Вы что, уже не затемняетесь? — откликнулся водитель.
   — Какого дьявола затемняться, когда весь город горит, точно факел, крикнул тот же голос. — Есть мертвецы, я спрашиваю?
   — Не знаю.
   — Мертвецов сюда, слышишь? Остальных наверх по лестнице, в рисовальный зал, понял?
   — Да, да.
   Но я еще не был мертвецом, я принадлежал к остальным, и меня понесли в рисовальный зал, наверх по лестнице. Сначала несли по длинному, слабо освещенному коридору с зелеными, выкрашенными масляной краской стенами и гнутыми, наглухо вделанными в них старомодными черными вешалками; на дверях белели маленькие эмалевые таблички: «VIa» и «VIb»; между дверями, в черной раме, мягко поблескивая под стеклом и глядя вдаль, висела «Медея» Фейербаха. Потом пошли двери с табличками «Va» и «Vb», а между ними снимок со скульптуры «Мальчик, вытаскивающий занозу», превосходная, отсвечивающая красным фотография в коричневой раме.
   Вот и колонна перед выходом на лестничную площадку, за ней чудесно выполненный макет — длинный и узкий, подлинно античный фриз Парфенона из желтоватого гипса — и все остальное, давно привычное: вооруженный до зубов греческий воин, воинственный и страшный, похожий на взъерошенного петуха. В самой лестничной клетке, на стене, выкрашенной в желтый цвет, красовались все — от великого курфюрста до Гитлера…
   А на маленькой узкой площадке, где мне в течение нескольких секунд удалось лежать прямо на моих носилках, висел необыкновенно большой, необыкновенно яркий портрет старого Фридриха — в небесно-голубом мундире, с сияющими глазами и большой блестящей золотой звездой на груди.
   И снова я лежал скатившись на сторону, и теперь меня несли мимо породистых арийских физиономий: нордического капитана с орлиным взором и глупым ртом, уроженки Западного Мозеля, пожалуй чересчур худой и костлявой, остзейского зубоскала с носом луковицей, длинным профилем и выступающим кадыком киношного горца; а потом добрались еще до одной площадки, и опять в течение нескольких секунд я лежал прямо на своих носилках, и еще до того, как санитары начали подниматься на следующий этаж, я успел его увидеть — украшенный каменным лавровым венком памятник воину с большим позолоченным Железным крестом наверху.
   Все это быстро мелькало одно за другим: я не тяжелый, а санитары торопились. Конечно, все могло мне только почудиться; у меня сильный жар и решительно все болит: голова, ноги, руки, а сердце колотится как сумасшедшее — что только не привидится в таком жару.
   Но после породистых физиономий промелькнуло и все остальное: все три бюста — Цезаря, Цицерона и Марка Аврелия, рядышком, изумительные копии; совсем желтые, античные и важные стояли они у стен; когда же мы свернули за угол, я увидел и колонну Гермеса, а в самом конце коридора — этот коридор был выкрашен в темно-розовый цвет, — в самом-самом конце над входом в рисовальный зал висела большая маска Зевса; но до нее было еще далеко. Справа в окне алело зарево пожара, все небо было красное, и по нему торжественно плыли плотные черные тучи дыма…
Новости
загрузка...
Книги